Но из боязни, как бы однообразие, нездоровые условия и физическая усталость - а ведь в этом и состояла ее жизнь - не сделали ее неинтересной для людей милосердных и сострадательных, я в данный момент предпочел бы удержать на первом плане самое мисс Никльби и для начала не замораживать их интерес подробным и растянутым описанием заведения, возглавляемого мадам Манталини.
О, право же, мадам Манталини,- сказала мисс Нэг, когда Кэт устало возвращалась домой в первый вечер своего ученичества,- эта мисс Никльби очень достойная молодая особа... да, очень достойная... гм!.. уверяю вас, мадам Манталини.
Даже вашему умению распознавать людей делает честь то обстоятельство, что вы подыскали такую превосходную, такую благовоспитанную, такую... гм!.. такую скромную молодую женщину в помощницы мне при примерке.
Я видела, как молодые женщины, когда им выпадал случай покрасоваться перед теми, кто выше их, держали себя так, что... о боже... Да, но вы всегда правы, мадам Манталини, всегда! И я постоянно твержу этим молодым леди: для меня поистине тайна, как вы только ухитряетесь быть всегда правой, когда столько людей так часто ошибаются.
За исключением того, что мисс Никльби вывела из терпения превосходную заказчицу, ничего особо замечательного она сегодня не сделала, в этом я во всяком случае уверена,- сказала в ответ мадам Манталини.
Ах, боже мой! - сказала мисс Нэг.- Многое, знаете ли, нужно отнести за счет неопытности.
